«Моя кровь — смесь бурятских и эвенкийских кочевых традиций. Может, поэтому я чувствую места силы кожей: знаю, где ветер шепчет древние легенды, а где стоит замедлиться, чтобы услышать себя».
Вдохновение она находит в деталях: в аромате байкальского бриза, отличного от сахалинского, в шёпоте тайги, в лицах тех, кто возвращается из тура другими.